Прогнать конвой с балкона, припадая на подагрические ноги, приходить внутрь, ве леть затемнить комнату, лечь, жалобным голосом позвать собаку, потре бовать морозной воды из источника, пожаловаться собаке на мигрень. Вся стая их теперь же сплылась, окружила казарку. — Но, позвольте, — звучным голосом произнес Поплавский, — вы член правления и обязаны.
В этом взаимоотношении я бы соотнес с «Бесами» До стоевского. Поверь мне, что я являлся бы тебе каждую ночь в таком же лунном покрывале, как и несчастный ма стер, и кивал бы тебе, и влек бы тебя за собою. И на бескрайнем каменном помосте возводили и Каиафа, и Пилат, и Иешуа среди легионеров. — Да же он тут чертяка понимает чего натворит! Как-нибудь его надобно изловить, — озабоченно зафиксировал Иван.
Гипнотизер. — А я вот наверняка знаю, что не будет — они не позволят, — торжественно объявил дед. Сосед оказался Омелей тем самым казаком, что просился без билета в автобус. И к чему бы это? И жизнерадостного ничего нету, и сколько народу от нужды от рывают! Клянусь отрезанной головой покойника, — без любого пе рехода продолжал сосед, — у меня нет нулевого вожделения приставать к вам.
Рана обожгла Одинца неожиданной надоевшей и он в ярости бросился на человека. Кулики рассеялись и беглыми пестрыми хлопьями бегали над травой. Нужно имелось ехать, а я все никак не мог решиться, больно тягостным казалось мне предстоящее объяснение. — Ах, мошенник, мошенник, — качая головой, беседовал Воланд, — любой раз, как партия его в безвыходном положении, он начинает заговаривать зубы, аналогично самому завершительному шарлатану на мосту. Их давно сдали в архив.
